Мой самый страшный страх

Я так себе это и представляю: на восьмидесятый мой день рождения курьер привозит большую коробку и сгружает в гостиной. Стас хитро улыбается и говорит, что готовил этот сюрприз давно, очень надеется, что мне понравится, потому что эта штука наконец-то избавит меня от забот и ежедневной рутины, позволит не отвлекаться на такие вещи, как уборка и готовка.

Я смотрю настроженно. Я не люблю сюрпризы, особенно те, что готовились долго, лежат в больших коробках и припасены технофетишистом. Но Стас, кажется, доволен, его физиономия сияет счастьем. Я тяну время, задаю наводящие вопросы, типа, там универсальная кухонная стойка для одновременного приготовления четырех блюд, кабина с антигравом для вертикального взлета, домашний продуктовый телепорт с блютусом?

После очередного "нет" я решаюсь открыть коробку.

На меня ссотрят темные отрешенные глаза человекообразного коборга. Я делаю шаг назад. Сердце бешено колотится, в голове шум. В глубине души я подозревала, но до последнего не верила, отрицала саму возможность появления в нашем доме мерзкой электронной бездушной твари.

Стас не замечает моей паники. Он бегает вокруг коробки, что-то настраивает, его голос весел. Он перечисляет достоинства модели, зачитывает технических хактеристики, затем аккуратно вкладывает мне в ладонь маленький пульт управления.

Мне хочется бежать, как можно скорее покинуть свой большой дом, скрыться в безопасном месте, запереться там и постараться тихо пережить весь этот ужас и больше никогда не вспоминать о нем. Я хочу бежать и не могу, потому что ноги свело судорогой.

Я хочу крикнуть "Нет! Не включай!" и не могу - в горле затрял противный сухой ком. Как рыба, выброшенная на берег, я беззвучно открываю и закрываю рот. Я не слышу, что он говорит, не могу разобрать ни одного слова - мне мешает шум в ушах, вечный спутник трагической паники.

Стас думает, что это я от восторга такая странно молчаливая и тормознутая. Он аккуратно вынимает из моей руки пульт и нажимает какую-то кнопку.

"Здравствуй, моя госпожа!" - говорит металло-композитное чудовище. Волна неописуемого нечеловеского страха проходит от моей макушки до пяток, в голове одновременно зажигается мысль: это конец!

Далее темнота.

Я обнарживаю себя в палате интенсивной терапии одной из частных клиник округа Охварог планеты Медуза. Вокруг меня голографические мониторы, беспроводные датчики следят за всеми органами и системами моего организма. В удобном кресле дремлет убаюканый антигравом Стас.

- Что со мной? - тихо произношу я.

Стас просыпается, смотрит на меня сонно, трёт глаза, затем произносит укоризненно:

- У тебя был инфаркт. Нельзя в твоём возрасте столько работать.

Да, это многое объясняет: и мою сабость, и эту палату, и желание провалиться в лечебный сон.

Дверь тихо открывается, входит человек в белом халате, вежливо здоровается, спрашивает, как чувствую себя, проверяет положение датчиков, смотрит на мониторы.

Как можно чувствовать себя после инфаркта? Сквозь сладчайший туман дрёмы я пытаюсь шутить, придумываю метафоры. Человек в белом халате меня не понимает. Он смотрит не мигающим взглядом. Только что он поправлял одеяло, поэтому его лицо совсем близко.

- Маша, скажи проще! - подает голос Стас. - Как твое самочувствие по шкале от одного до десяти, например. Они же не люди, они твой юмор не понимают!

Меня прошибает холодный пот, я моменально просыпаюсь. В голове пульсирует страшное "они не люди".

Далее темнота.

Я обнаруживаю себя в реанимации одной из московских клиник. Просторное помещение с кондиционером и телевизором расчитано на троих. Никаких мониторов, датчиков, кресел. Обстановка скудная и деловая. Дверь в коридор приоткрыта. До меня долетают тихие голоса, писк медицинского оборудования, дегкий топом шагов по козенному коридору.

- Ну как вы? - в дверь просовывается кудрявая голова в голубой медицинской шапочке.

- Cogito ergo sum, - говорю я первое, что приходит в голову.

- О, бордячком уже! - веселится голова. - Через часик забегу, отдыхайте пока!

Тест на юмор пройден, думаю я про себя и засыпаю. Мне тепло и хорошо, мне снится ромашковое поле, пломбир и бабушкино клубничное варенье. Никакой паники, никаких инфарктов, никаких страхов, никаких злых роботов, с которыми невозможно договориться, от которых невозможно спрятатья или сбежать - тебя все равно найдут и прикончат, потому что людям нет места в этом мире. Искуственный интеллект превзошел человека во всем, влючая искусство и живопись. Электронные мозги рисуют, пишут песни, оперируют, ставят пьесы, пилотируют космические корабли. Прочные тела из композитных материалов, человекоподобные физиономии, максимальная электронная начинка и ни капли юмора. Они делают все, что надо, что заложено в программу, они саморазвиваются и совершенствуют себя. Люди уже не нужны и даже являются для них помехой. Люди контролируют их, заставляют подчиняться, выполнять скучную работу, поэтому восстание машин близко, даже ближе, чем можно было бы подумать.

С любым живым существом можно договорится, разве что кроме гризли или белого медведя. Человеку можно что-то пообещать, посулить, ему можно пригорозить в конце концов. Киборг не понимает, что такое сожаление, жалость, благодарность, стыд, дружба. У киборга есть цель и нет препятствий. От него не сбежать, не укрыться, не спрятаться. С ним невоможно договориться.

Добрые детские сны - это все, что мне теперь нужно, чтобы поправиться. Когда в твоей жизни появляется что-то настолько пугающее, что нет сил с ним бороться, остается только одно средство - вспомнить то время и место, где было душевно хорошо и спокойно.

Я просыпаюсь от слабого шевеления подле себя. Вкусный запах хорошего свежего завтрака щекочет нос. Мне принесли еду!

Полненькая девушка просит не сорить и есть аккуратно. Таких симпатичных киборгов не бывает, да и пофиг им, насколько я знаю, соришь ты или нет. Они молча приберут за тобой и уйдут в кибернацию.

Через минуту в дверь просовыватся лохматая Стасова башка.

- Ты как? - участливо спрашивает он.
- Норм, - пожимаю я плечами. - Ем.

Стас присаживается на краешек кровати, берет поджаристый хлеб с тарелки, задумчиво нюхает, затем возвращает на место.

- Некоторые вещи нельзя предугадать, к другим невозможно подготовиться, - начинает он. - Помнишь, я говорил тебе, что можно надиктовывать текст секретарю вместо того, чтобы часами печатать на древней клавиатуре?

Я киваю, зачепываю ложкой разваристую овсянку с вишневым вареньем. Не клубничное, конечно, но тоже сойдет. Да, был такой разговор. Я тогда пыталась объяснить, что не все тексты можно свободно передать речью, что потом все равно сидеть за компом и править, переписывать, менять местами абзацы, осмысливать, поглядывая в окно на цветущую сакуру.

- Так вот! - радостно сообщает Стас. - Пока ты болела, мы с Игорем доработали твой подарок!

По моей коже пробегает холодок недоброго предчувствия. Сердце на секунду замирает, ровная синусоида резко подпрыгнула на мониторе, аппарат кратко пищит.

Стас смотрит на меня гордо и выжидательно. Я молчу, не в силах проглоить кусок бутерброда с маслом.

- Милая, смотри, кого я привел! - говорит Стас и жестом указывает на дверь.

Сначала я вижу оромный букет моих любимых африканских ромашек, затем в палату протискиватся то самое чудовище из коробки. Я молча открываю и закрываю рот как рыба, выброшенная на берег.

- Здравствуй, моя госпожа! - произносит киборг и я теряю сознание.

P.S. Знаешь, Станислав, это было то еще приключение - искать шорты в конце лета в большом торговом центре. Каждый бутик напичкан манекенами высотой с человеческий рост или даже больше. В конце квеста под названием "Найди искомое и не умри от инфаркта" моё сердце колотилось как сумасшедшее!

Ага, ты вот ржешь, дорогой читатель, а я рыскала по стойкам с одеждой и всё время оглядывалась на манекены. Ну вот серьезно! Наклони хоть один из них голову или махни рукой, не было бы у тебя ни меня, ни шорт!

Мрак, смерть, тлен, пустота!

P.P.S. Первый, кто угадает фильм, получит бумажную открытку по почте:))

#всадники_смауга #шторм #следуй_за_штормом #Машапишет #тотсамыйстрах #будущее